Главная » 2019 » Май » 3 » Актерские байки
09:19
Актерские байки
1.

Каждый, хоть сколько-нибудь интересующийся театром, знает, что великие мэтры

российской сцены, «отцы-основатели» МХАТ Станиславский и Немирович-Данченко

поссорились еще до революции и не общались до конца дней своих. МХАТ

практически представлял собою два театра: контора Станиславского — контора

Немировича, секретарь того — секретарь другого, артисты того — артисты

этого... Неудобство, чего и говорить! Словом, однажды, говорят, было решено их

помирить. Образовалась инициативная группа, провелись переговоры и, наконец,

был создан сценарий примирения. После спектакля «Царь Федор Иоанович»,

поставленного ими когда-то совместно к открытию театра, на сцене должна была

выстроиться вся труппа. Под торжественную музыку и аплодисменты справа должен

был выйти Станиславский, слева — Немирович. Сойдясь в центре, они пожмут друг

другу руки на вечный мир и дружбу. Крики «ура», цветы и прочее... Корифеи

сценарий приняли: им самим давно надоела дурацкая ситуация.

В назначенный день всё пошло как по маслу: труппа выстроилась, грянула

музыка, корифеи двинулись из кулис навстречу друг другу... Но Станиславский

был громадина, почти вдвое выше Немировича, и своими длинными ногами успел к

середине сцены чуть раньше. Немирович, увидев это, заторопился, зацепился

ножками за ковер и грохнулся прямо к ногам соратника. Станиславский оторопело

поглядел на лежащего у ног Немировича, развел руками и пробасил: «Ну-у...

Зачем же уж так-то?..» Больше они не разговаривали никогда.

2.

Великий дока по части театра, Станиславский в реальной жизни был наивен, как

малое дитя. Легендарными стали его безуспешные попытки уяснить систему

взаимоотношений при Советской власти. Имевший массу льгот и привилегий, он

никак не мог запомнить даже словосочетание «закрытый распределитель». «Кушайте

фрукты, — угощал он гостей, — они, знаете ли, из "тайного закрепителя"!» После

чего делал испуганные глаза, прикладывал палец к губам и говорил: «Тс-с-с!»...

Однажды Станиславский сидел в ложе со Сталиным, захаживавшим во МХАТ

довольно часто. Просматривая репертуар, «лучший друг советских артистов» ткнул

пальцем в листок: «А па-чи-му мы давно нэ видим в рэ-пэр-ту-арэ "Дны Турбыных"

пысатэля Булгакова?» Станиславский всплеснул руками, приложив палец к губам,

произнес «Тс-с-с!», прокрался на цыпочках к двери ложи, заглянул за портьеру —

нет ли кого, так же на цыпочках вернулся к Сталину, еще раз сказал «Тс-с-с!»,

после чего прошептал вождю на ухо, показывая пальцем в потолок: «ОНИ

за-пре-тили!! Только это ужасный секрет!»

Насмеявшись вволю, Сталин серьезно заверил: «Оны раз-рэ-шат! Сдэлаэм!»

3.

...Звоня Великому вождю, вежливый Станиславский всякий раз оговаривал:

«Товарищ Сталин! Извините Бога ради, никак не могу запомнить вашего

имени-отчества!..»

4.

Малый театр едет на гастроли. В тамбуре у туалета стоит в ожидании знаменитая

Варвара Массалитинова. Минут пятнадцать мается, а туалет все занят. Наконец,

не выдерживает и могучим, низким голосом своим громко произносит: «Здесь стоит

народная артистка РСФСР Массалитинова!» В ответ из-за двери раздается еще

более мощный и низкий голос: «А здесь сидит народная артистка СССР Пашенная!

Подождешь, Варька!»

5.

В тридцатые годы — встреча артистов Малого театра с трудящимися Москвы. Речь

держит Александра Александровна Яблочкина — знаменитая актриса, видный

общественный деятель. С пафосом она вещает: «Тяжела была доля актрисы в

царской России. Ее не считали за человека, обижали подачками... На бенефис,

бывало, бросали на сцену кошельки с деньгами, подносили разные жемчуга и

брильянты. Бывало так, что на содержание брали! Да-да, графы разные,

князья...» Сидящая рядом великая «старуха» Евдокия Турчанинова дергает ее за

подол: «Шурочка, что ты несешь!» Яблочкина, спохватившись: «И рабочие,

рабочие!..»

6.

Оговорки артистов во время спектакля — особо любимый предмет актерской

курилки. Им несть числа — от безобидных до могущих иметь очень серьезные

последствия.

Олег Ефремов, игравший императора Николая Первого, вместо: «Я в ответе

за всё и за всех!» — заявил: «Я в ответе за всё... и за свет!» На что игравший

рядом Евстигнеев не преминул откликнуться: «Тогда уж и за газ, ваше

величество!»

* * *

Вахтанговцы играли пьесу «В начале века». Одна из сцен заканчивается

таким диалогом: «Господа, поручик Уточкин приземлился!» — «Сейчас эта новость

всколыхнет города Бордо и Марсель!» Вместо этого актер, прибежавший с

новостью, прокричал: «Поручик Уточкин... разбился!» Его партнер, понимая, что

радостный тон здесь не будет уместен, задумчиво протянул: «Да-а, сейчас эта

новость всколыхнет города... Мордо и Бордель!» Зритель очень веселился, актеры

давились смехом — пришлось временно дать занавес.

* * *

Гарик Острин в «Современнике» однажды вместо: «Поставить охрану у входа

в Совнарком и в ЦИК!» — распорядился: «Поставить охрану у входа в Совнарком и

в цирк!»

* * *

Один ныне известный актер, играя во французской пьесе, никак не мог

произнести: «Вчера на улице Вожирар я ограбил банк!». Вот это «Вожирар» у него

никак не получалось! То «Вожилар», то «Выжирал»... Уже генеральные идут, а у

него всё никак! На премьере перед этой фразой все артисты замерли, герой

поднатужился и произнес: «Вчера на улице... ВО-ЖИ-РАР!..» Труппа облегченно

выдохнула. Счастливец радостно улыбнулся и громогласно закончил: «...Я ограбил

БАНЮ!»

* * *

В пьесе про пограничников исполнитель главной роли вместо: «...Я

отличный певун и плясун!» — радостно и громко прокричал на весь зал: «Я

отличный ПИСУН и ПЛЕВУН!!!»

* * *

В дурацкой пьесе про советских ученых актер, игравший секретаря

партийной организации института, вместо текста: «Зачем же так огульно

охаивать...» — произнес: «Зачем же так ОГАЛЬНО ОХУИВАТЬ...», за что был

немедленно из театра уволен.

* * *

Но круче всех оговорился Евгений Евстигнеев в спектакле по пьесе Шатрова

«Большевики». Выйдя от только что раненного Ленина в зал, где заседала вся

большевистская верхушка, вместо фразы: «У Ленина лоб желтый, восковой...» он

сообщил: «У Ленина... жоп желтый!..». Спектакль надолго остановился.

«Легендарные комиссары» расползлись за кулисы и не хотели возвращаться.

* * *

Мама моего приятеля — режиссера, очень приличная драматическая актриса,

оказавшись во время войны в Новосибирске, служила в тамошнем цирке. На

премьере нового представления ей выпало широко показать на правительственную

ложу и сказать в адрес сидящего там городского партийного руководства: «...И

кто всем нам прокладывает путь!». Переволновавшись, она на весь цирк звонко

выкрикнула: «...И кто ВРАГАМ прокладывает путь!» Взяли ее тем же вечером и

выпустили только потому, что сговорившиеся циркачи в один голос утверждали,

что она сказала правильно, «...а вам послышалось!».

* * *

Эту байку мне рассказал диктор Центрального телевидения Владимир Ухин,

любимый «Дядя Володя» всей детворы, много лет подряд желавший малышам

спокойной ночи вместе с Хрюшей и Степашкой. Как-то раз он вместе с дежурной

бригадой в студии «доставали» диктора Валентину Печорину. Она должна была

объявить фильм из серии «Следствие ведут знатоки» — он назывался «Подпасок с

огурцом». Зная природную смешливость Вали, эти хулиганы внушали ей, что она ни

за что не скажет правильно, а выйдя в эфир, непременно произнесет: «Подпасок

с...» — не рискую приводить здесь это всем хорошо знакомое слово. Она же

утверждала, что ни за что не ошибется. Так продолжалось весь вечер, пока

Валечка не вышла в эфир. «А сейчас, — привычно улыбаясь, сказала она, — фильм

из серии "Следствие ведут знатоки"...» Тут она, видимо, представила себе лица

«доставал», ждущих, что она оговорится, еще раз улыбнулась и вдруг сказала:

«Подросток с колбасой!»

* * *

Клара Новикова одно время очень плотно сотрудничала с писателем Алешей

Цапиком. Она читала его монологи, а он выступал номером в ее сольных вечерах.

Однажды конферансье Роман Романов, несколько раз переспросив у Цапика его

редкую фамилию, вышел на сцену и объявил: «Писатель-сатирик Алексей ПОЦИК».

Радости зала не было предела: сначала заржали те, кто понял, потом те, кому

объяснили. Если кто-нибудь из читателей не знает, как переводится с языка

«идиш» слово «поцик» — спросите у знакомых евреев, вам объяснят.

* * *

Однажды довольно известный конферансье подбежал на концерте к

замечательной певице Маквале Касрашвили: «Лапулек, быстренько-быстренько: как

вас объявить? Я люблю, чтобы оригинальненько!!!» «Ну... не надо ничего

придумывать, — ответила Маквала. — Просто скажите: "Солистка Большого Театра

Союза ССР, народная артистка Грузинской ССР Маквала Касрашвили!"» «Фу,

лапулек, — скривился конферансье, — как банально! Ну ладно, я что-нибудь

сам!..» и возвестил: «А сейчас... на эту сцену выходит Большое Искусство! Для

вас поет любимица публики... блистательная... Макака! Насрадзе!!!»

* * *

Еще одна оговорка кого-то из конферансье: «Народный артист СССР Давид

Ойстрах! Соло на арфистке Вере Дуловой!»

* * *

На радио очень популярна история о дикторе, читавшем стихи: «Плыви, мой

челн, по воле волн!». Своим роскошным баритоном он произнес: «Плыви, мой

ЧЛЕН...» — и, поняв, что оговорился, величественно закончил: «...По воле ВЕЛН»
Категория: Юмор-дело серьёзное | Просмотров: 77 | Добавил: unona | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]