Главная » 2020 » Июнь » 3 » С Цвейгом на двоих
17:26
С Цвейгом на двоих
Истории /Обзоры
С Цвейгом на двоих
01.06.2020

Ребёнком его увезли с Украины в Бразилию, где поначалу ему пришлось продавать дешёвые зонтики от солнца. Но вскоре Абрао Коган выстроил в Рио-де-Жанейро книжную империю, первый издал Фрейда на португальском и стал лучшим другом Стефана Цвейга.
Абрао Коган родился 28 декабря 1912 года в городе Могилёв-Подольский. Там до Гражданской войны было шесть еврейских училищ, синагога, талмуд-тора и еврейская больница. После установления советской власти еврейские учреждения ликвидировали, а многих евреев вынудили уехать. Родители Когана – евреи армянских кровей – отправились в 1920 году в Бразилию.

В Рио-де-Жанейро Абрао оказался восьмилетним ребенком– и сразу принялся за работу: продавал дешёвые зонтики для защиты от солнца. На заработанные деньги он каждый месяц покупал книги – и все их прочитывал. Но вот больше он нигде толком никогда не учился. В 1922 году из Румынии в Рио-де-Жанейро эмигрировал Натан Вайсман. Первое время он проживал в доме у Коганов: познакомился с Аннитой – родной сестрой Абрао, и в 1926 году на ней благополучно женился. В это время Коган уже работал распространителем книг в Distribuidora Guanabara de Livros, филиале компании Editora Globo из Порту-Алегри. Так Абрао убивал для себя сразу двух зайцев: зарабатывал процент с каждой продажи и успевал прочитывать книги до момента их реализации.

В какой-то момент он прихватил Натана работать вместе с собой: разносить по клиентам книги в тяжёлых чемоданах было веселей вдвоем. Но, видимо, Натан работал лучше других: когда владелец филиала заболел, он принял решение передать бразды правления именно ему. Натан, в свою очередь, не забыл своего друга, партнера и родственника Абрао – так что с 1932 года они управляли издательством Editora Guanabara вместе. Они первыми напечатали многотысячными тиражами сочинения Зигмунда Фрейда на португальском языке, издали «Страдания юного Вертера» Гёте, романы Достоевского и – наконец – Стефана Цвейга. Кстати, решение печатать Цвейга Коган приписывал матери – та первой обратила внимание на статьи писателя в американском еврейском журнале «Форвард».

Сам Цвейг впервые оказался в Бразилии в августе 1936 года. Он решил посвятить этой загадочной стране три недели до своей поездки в аргентинский Буэнос-Айрес на съезд ПЕН-клуба с участием выдающихся писателей-антифашистов из 50 стран. В период своего пребывания в Бразилии Цвейг вёл подробный дневник. И вот что он писал о своих ночных прогулках в компании Когана:

«Ужинаем с Коганом на Мангровых улицах, где стоят толпы продажных женщин. В освещённых витринах магазинов они отражаются, как воины и стража. Чёрные, тёмные, как смола, с вьющимися волосами и обнажённой грудью, они похожи на деревянные статуи. Мулатки всех оттенков кофе с молоком. Я насчитал полтысячи женщин, молодых, измученных, нежных, грубых. Они сновали у дверей магазинов, представители всех рас и классов. Некоторые казались ленивыми, иные старались привлечь клиента танцами, а кто-то проявлял заметное равнодушие к окружающим. Чернокожие мужчины выбирали белых женщин, белые – чернокожих, но строгая дисциплина и порядок на улице ничем не нарушались. Порядок поддерживался полицейскими, а в полночь волнения и вовсе прекратились. Какая возможность для удовлетворения банальных удовольствий. Я редко встречал что-либо настолько увлекательное, как эти четыре мерцающие улицы, которые в пределах своих границ служили одной-единственной цели и исключительно для неё».

Десятидневное пребывание в Бразилии с лекциями, автограф-сессиями и приёмами в президентском дворце привлекли к личности Цвейга широкое внимание – и открыли дорогу для последующих изданий его произведений. Уже спустя два года Цвейг стал в Бразилии самым продаваемым иностранным автором. Коган и Вайсман успешно издавали его полное собрание сочинений в 20 томах больше десяти лет – с 1938 по 1949 год.

Со временем Коган и Цвейг стали хорошими друзьями. Когда в июне 1940 года писатель спешно покидал Англию, именно Коган оказал ему поддержку и помог преодолеть очередную депрессию разумными советами в письмах. В письме от 1 августа 1941 года из Нью-Йорка Цвейг признался Когану: «Я устал от большого города и хочу вернуться в Бразилию. Я забронировал каюту на “Уругвае”, который отходит 15 августа. Но не говорите никому об этом, потому что в такую эпоху, как наша, никогда нельзя знать, не возникнут ли в последнюю минуту ещё какие-нибудь препятствия. Я был бы счастлив, если бы мне удалось снять в Петрополисе маленький домик, вроде того, что вы описывали. Я почти закончил свою автобиографию и книгу об Америго Веспуччи. Я очень устал, и мы мечтаем отдохнуть в Рио и Петрополисе. Но ни о чём пока никому не говорите».

В конце ноября 1941 года Цвейгу исполнилось 60 лет. Этот день его страшно раздражал и нервировал. Ещё задолго до юбилея он говорил Карлу Цукмайеру: «Шестьдесят – думаю, этого будет достаточно. Мир, в котором мы жили, невозвратим. А на то, что придёт, мы уже никак не сможем повлиять. Наше слово не будут понимать ни на каком языке. Какой смысл жить дальше, как собственная тень?» В тот день в Петрополис на день рождения писателя Коган приехал со своей супругой Паулиной. Они привезли юбиляру «живой» подарок – десятимесячного жесткошёрстного фокстерьера по кличке Плуки. Стефан очень обрадовался щенку. Отныне всё своё свободное время он проводил с Плуки, гуляя с ним по улочкам тихого города.

Последнее письмо Цвейга Когану было написано 22 февраля 1942 года – за день до самоубийства писателя. «Мой дорогой друг. Прежде всего, хочу поблагодарить вас за ту доброту, которую вы проявляли ко мне, и попросить у вас прощения за все огорчения и неприятности, которые я причиняю вам своей смертью. Вы знаете, какую усталость от жизни испытывал я с тех пор, как потерял свою родину, Австрию, и не мог обрести истинную жизнь в работе, живя кочевником и чувствуя, что старею, больше от внутренних страданий, чем от возраста.

В закрытом ящике вы найдёте итоговые завещания и распоряжения. Адвокат Самуэль Маламуд, я надеюсь, возьмет на себя решение всех правовых вопросов. По моей воле и воле моей жены я разрешаю ему и вам быть исполнителями завещания по всем вопросам в Бразилии. Я попрошу вас отправить все письма авиапочтой как можно скорее. И я благодарю вас от всего сердца за вашу добрую дружбу. Желаю всего наилучшего вам, вашей жене и вашему ребёнку.

Я хотел бы быть похороненным на кладбище в Рио-де-Жанейро самым скромным и незаметным образом. Небольшие долги моей семьи должны быть оплачены из того, что здесь осталось. Не жалейте меня, моя жизнь уже давно уничтожена, и я счастлив, что смогу уйти из мира, ставшего жестоким и безумным. Сохраните обо мне светлое воспоминание. Я всегда был вам признателен и гордился вашей верной и преданной дружбой».

Прошли годы. В 1949 году адвокат Самуэль Маламуд стал первым почётным консулом Государства Израиль в Бразилии. Натан Вайсман, сильно страдая от лейкемии, всё-таки успел в 1951 году помочь своему сыну основать издательство Editora Delta – оно еще долго будет печатать справочники и словари для всего южноамериканского континента. Коган же познакомился с сыном ливанских иммигрантов, проживавших в Рио, – будущим дипломатом и министром культуры Бразилии Антонио Хуаисом. Вместе они долго издавали самые знаменитые энциклопедии Латинской Америки: многотомную Delta-Larousse в твёрдом переплёте и с цветными фотографиями, Большую советскую, универсальную немецкую от Брокгауза и Ефрона.

Фёдор Константинов
Категория: Одна баба сказала (новости) | Просмотров: 36 | Добавил: unona | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]